Дольмены Мраморного (карта, фото)

Известный крымский археолог времен расцвета советской исторической науки Аскольд Александрович Щепинский считал, что район Биюк-Янкоя в археологическом отношении является одним из интереснейших в Крымских горах. Ученый писал: «Северо-западные отроги Чатырдага на отрезке между горой Таз-Тау и селом Мраморное в отношении археологических памятников являются наиболее насыщенной частью этого горного массива. По далеко не полным данным, здесь насчитывается около двух десятков разнообразных археологических объектов от эпохи палеолита (40-50 тыс. лет) до позднего средневековья включительно. Особо следует отметить, что большая часть этих памятников находиться в основании склона и в низовьях разрезающих его ущелий. Все известные здесь памятники выделены визуально, специальным археологическим исследованиям они не подвергались. А между тем их тщательное и всестороннее изучение имеет исключительно важное значение для решения таких актуальных проблем, как выяснение взаимоотношений между населением горных и предгорных районов и вопросов исторической экологии. Это дает основание для постановки вопроса о создании здесь заповедной зоны, исключающей любые нарушения почвенного покрова и ландшафта».

О чем помнят таврские ящики? К сожалению, серьезные археологические раскопки в окрестностях села Мраморное не проводились. Вся археологическая изученность района представлена лишь эпизодическими разведками и визуальным осмотром советских археологов Аскольда Александровича Щепинского, Игоря Авенировича Баранова и Олега Ивановича Домбровского. В современной Украине практически не осталось археологов, занимающихся изучением Горного Крыма и связанных с горными территориями таврской и кизил-кобинской культур. В связи с этим и наш очерк не может претендовать на окончательные заключения, касательно историко-культурной ситуации в окрестностях села Мраморное. Наш текст не подтвержден археологическими отчетами, поэтому автор просит прощения у читателя за свою вольную краеведческую трактовку исторических этапов развития описываемого района.

На северном склоне Чатыр-Дага у современного села Мраморное очень удобные природные предпосылки для жизни человека. Безусловно, самые первые жители Крымского полуострова должны были оценить все преимущества – многочисленные выходы родников, обширные лесные пространства, удобные подходы на вершину плато для охоты на стада животных, глубокие овраги и ущелья для засад и укрытий. Археологические изучения следов палеолита-неолита-энеолита здесь не велись, хотя могли бы быть не безрезультатными. Но все же, необходимо понимать, что эта часть речной долины Салгира более холодная, ориентирована на север и не удобна для долгих стоянок. Гораздо теплее и удобнее южная сторона – у Долгоруковского нагорья и урочища Кизил-Коба. Поэтому, в окрестностях современного Мраморного человек каменного века мог останавливаться лишь на временные сезонные стоянки. Здесь древние охотники могли базироваться перед подъемом на вершину плато, где шла большая охота на мамонтов, оленей, бизонов и носорогов. На проселочных дорогах у села встречаются кремневые отщепы, ножевидные пластины, осколки кремня, что говорит здесь о следах жизни человека каменного века.

Более осязаемыми и реальными являются артефакты времени железного века, связанные с древнейшим крымским народом, название которого тавры. Местность Биюк-Янкоя была одним из центров расселения таврского народа, занимавшего в I тысячелетии до нашей эры территории Горного Крыма. На юго-западной окраине села, почти у самых крайних домиков дачного кооператива «Мраморный» расположен хорошо читающийся в рельефе таврский некрополь. Так называемые «таврские ящики», которые археологи приписывают народу тавров и кизил-кобинской культуре – одно из самых загадочных крымских явлений. Очень сложно определить точное время возникновения некрополей и поселений тавров на конкретном месте. Исследователи называют довольно большой размах временных рамок — с VIII века до нашей эры по III-I век до нашей эры. Не понятно как и куда исчез этот народ – либо он был уничтожен соседними племенами, либо он ассимилировался в новых народностях, пришедших на землю Таврики. Очень мало обнаружено и изучено таврских поселений. Скорее всего, они были растащены на свои строительные нужды последующими народами. Зато в Горном Крыму сохранилось много таврских могильников, состоящих из каменных ящиков. Классический таврский каменный ящик состоит из четырех вкопанных в землю плит, образующих его стенки. Сверху он покрыт пятой плитой. Обычные размеры таврского ящика — несколько более метра в длину, метр в ширину и около метра в высоту. Часто ящики были окружены каменными оградками из поставленных на ребро камней. Иногда над каменными ящиками делали курганную насыпь. Наполнение таврских могил было скудным: иногда с воином клали короткий меч-акинак, бронзовые

Самый большой таврский некрополь в окрестностях Биюк-Янкоя расположен на юго-западной окраине села, в треугольнике между крайними домиками улицы Верхняя, дачным поселком и ЛЭП, ведущей к Мраморной пещере на Чатыр-Даг. Орографически некрополь находиться на правом борту глубокой балки Кумеч-Елга, на естественной террасе. Местность эта называется Гяур-Мезерлых, что с тюркских диалектов переводиться однозначно – «кладбище неверных». Татары, давшие это имя урочищу, неверными называли не только христиан, но и все народности и культуры, не подходившие под понятие правоверного мусульманина. Здесь они видели явно какие-то захоронения, остатки каких-то неизвестных им культов и повесили ярлык «неверные». Возможно, это место даже опасались и не вели здесь хозяйственную деятельность. Во всяком случае, крайние дома татарского селении Биюк-Янкой были буквально в паре сотен метров от «кладбища неверных». Но при этом древние захоронения не разрушались и не использовались для строительных и хозяйственных нужд.наконечники стрел и железные удила, бронзо­вые украшения: кольца, браслеты, бляшки. В качестве украшений ис­пользовали также стеклянные греческие бусы и диковинные раковины каури, привезенные с берегов далеких морей греческими купцами. В раннее время ящики представляли одиночные могилы, в боле поздние века в одном ящике могли хоронить до нескольких десятков человек. О таврах с ужасом писали известные древнегреческие писатели и путешественники. Таврам приписывали кровожадные культы и человеческие жертвоприношения. Племена тавров занимались скотоводством на горных плато и поэтому близость такого обширного природного пастбища, как Чатыр-Даг, была идеальным для существования поселения.

Таврский некрополь «Гяур-Мезерлых» был хорошо известен археологам. В 1886 году во время краеведческой экскурсии Симферопольской мужской гимназии, директор гимназии Г. И. Тимошевский вместе с учениками обнаружили этот некрополь. А 9 ноября 1886 года Г.И. Тимошевский вместе с преподавателем той же гимназии Ящуржинским произвели раскопки. Считаем своим долгом привести полный текст отчета этих исследований.

«Кладбище возле деревни Биюк-Янкой расположено на холме и состоит из гробниц десяти. Большая плита, пудов 100-200 весом, в сажень длины, аршина 2 ширины и более четверти толщины, неправильной формы, покрывает могилу. Вокруг плиты в форме яруса или четырехугольника, в диаметре от 4 до 5 аршин – каменная ограда. Ограды эти не совсем сохранились: они полуразрушены. Из плит одни врыты в землю, вероятно от износа, другие, подмытые сточною водою или сдвинутые, висят на камнях гробовых стенок, а некоторые совершенно увезены, вероятно, на устройство помоста при деревенском фонтане.

Открыты три могилы – одна большая и две малые. Большая – до 1 саженя длины, 1 с четвертью аршина ширины и 2 с четвертью аршина глубины. Они образованы из четырех цельных плит в виде прямоугольника на каменном фундаменте-грунте. Одна боковая плита – не цельная (она состоит из двух кусков: одного большого и другого – малого до полуаршина); меньший кусок приложен к большому с наружней стороны. Положение могил: меньшая на юго-юго-восток, большая – на северо-северо-восток.

Под плитами вся могила была засыпана землею; не было никаких признаков склепа. При разрытии не найдено ни одного целого скелета, даже целых костей: все почти обратилось в прах. В меньших могилах были следы скелетов, по одному. В большей же найдено два разбитых черепа, по размерам – один больший, другой меньший. В верхних слоях на глубине аршина попадались овечьи кости, зубы и пр., а в меньших могилах и кости кошек. В большей могиле найдены черепки разбитого кувшина грубой работы из глины, с незатейливыми узорами, совершенно похожий на малороссийский глечик.

При просеве земли найдены: три стеклянных четерехгранных пирамидки; 13 стеклянных бус (весьма похожих на малороссийское монисто и по форме и по цвету) из грубого стекла, отчасти съеденного; три – цвета зеленого, а остальные и пирамидки синего; трехгранный бронзовый наконечник стрелы и один чертов палец. В другой малой могиле – 4 стеклянные бусы, одну похожую на перламутровую и две блестящие их неизвестного состава, очень нежны; два кремня очевидно – наконечники стрел, сделанные отбивкою; в третьей большой – 20 осколков из стекла, неизвестного состава (один из глины разного цвета и разнообразных рисунков), 6 целых бус, из них одна янтарная, одна костяная, остальные из стекла и неизвестной массы, один костяной кружек, маленькое украшение, похожее на башмачок или мумию, одно кольцо из красной меди, окостенелые раковины, все с одинаковыми по середине пробоинами, в этой же могиле найдены кусочки угля.

25 мая 1887 года опять пришлось нам быть в Биюк-Янкое и мы еще рассмотрели три могилы. Одна из них отличалась только тем, что под верхнею плитою, на глубине ½ аршина был сделан свод из тонких каменных отколотых пластинок, но зато в этой могиле ничего больше не найдено. В остальных же двух найдено: два куска медной пряжки; одна голубая стеклянная пирамида, 11 стеклянных маленьких бус, — одна желтого состава, одна буса в виде колечка, стеклянная (или перламутровая), три раковины с продолговатыми отверстиями, каменная пуговка (вероятно верхушка какого-либо предмета); 15 обломков стеклянных и стекловидных; 2 обломка железные, 4 кремня; эллипсовидный круглый кремень (вероятно, служивший камнем для праща).

Вообще, судя по верхним плитам и по тому, что в гробницах не найдено ничего целого, а больше в осколках и при том без всякого порядка, можно думать, что гробницы были осмотрены раньше и судя по наносу давно».

После раскопок Г.И. Тимошевского, наиболее серьезные исследования таврских ящиков в Крыму произвел археолог Николай Иванович Репников, по итогам чего был произведен доклад «о так называемых «дольменах» Крыма» на заседании Таврической Ученой Комиссии в 1910 году. По итогам доклада, председатель Комиссии Арсений Иванович Маркевич заметил, что господин Репников не упомянул в своем труде каменные ящики у деревни Биюк-Янкой. Этот факт говорит о том, что могильник у Биюк-Янкоя был хорошо известен тогдашнему крымскому ученому сообществу.

В 1947 году на этом могильнике Бахчисарайским археологическим отрядом Института археологии АН УССР. В 1947 году группа ящиков состояла из 12 штук, некоторые имели ограды. В результате раскопок один из ящиков был полностью расчищен и в нем найдены фрагменты лепной керамики, трехгранный наконечник бронзовой стрелы и клык собаки. Материалы раскопок были переданы в Институт археологии АН УССР. В 1960-х годах исследование могильника произвел археолог Аскольд Щепинский. В своем труде «Кизил-кобинская культура и тавры» о могильнике «Биюк-Янкой» у с. Мраморное упоминает археолог Хавва Иосифовна Крис. Она произвела обмеры всех 12 ящиков могильника Биюк-Янкой. Длина ящиков от 140 до 150 сантиметров, ширина от 90 до 100 сантиметров. Пять захоронений представляют собой ямы без плит – плиты были разобраны на строительные нужды деревни. Лишь в одном ящике сохранилась плита перекрытия 200 на 150 сантиметров. У двух ящиков прямоугольные оградки. Ориентация двух ящиков З-В, четырех с ССВ на ЮЮЗ, трех с СВ на ЮЗ, одного по линии С-Ю, и одной ямы ориентация полностью затруднительна.

Руслан Стойчев (http://qigong.at.ua/news/dolmeny_bijuk_jankoj/2015-09-25-276)

Фото

Карта


Координаты

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*